– Да, таким образом мы могли бы убить сразу двух зайцев, – согласился Кастилла.

– В арктическом регионе канадское правительство обладает весьма ограниченными ресурсами, – продолжал Клейн, – поэтому они, несомненно, будут рады, если мы разберемся за них в этом небольшом ребусе. Если проблема с сибирской язвой не обнаружится, так пусть они и дальше ничего не знают – вреда не будет. Если же проблема все же существует, мы сообщим о ней премьер-министру Канады на заключительном этапе, когда нужно будет предпринимать конкретные действия по ее разрешению.

Кастилла снова кивнул.

– Я думаю, это может стать вполне приемлемым компромиссом. Ты упомянул об американо-российской группе. Думаешь, это будет разумным шагом?

– Это неизбежно. Русские хотят держать руку на пульсе всего, что связано с их национальной безопасностью – в прошлом, настоящем или будущем. Как только мы сообщим Баранову о том, что намерены предпринять расследование и внимательно изучить место крушения, он наверняка потребует, чтобы в состав группы были включены представители России.

Кастилла допил виски и поморщился.

– Отсюда возникает следующий немаловажный вопрос: до конца ли искренни с нами русские?

Клейн долго молчал, а затем заговорил:

– Сэм! Русские, кто бы ими ни правил – царь, премьер-министр или президент, – всегда остаются русскими. Даже сейчас, после падения Берлинской стены, мы имеем дело с нацией, у которой скрытность – вторая натура, а паранойя – средство выживания. Поэтому я готов поспорить с тобой на бутылку этого замечательного бурбона, что они не рассказали нам всей правды.